Сегодня 25 июня 2019
Медикус в соцсетях
 
Задать вопрос

ЗАДАТЬ ВОПРОС РЕДАКТОРУ РАЗДЕЛА (ответ в течение нескольких дней)

Представьтесь:
E-mail:
Не публикуется
служит для обратной связи
Антиспам - не удалять!
Ваш вопрос:
Получать ответы и новости раздела
24 июля 2007 02:38   |   Яблучанский Н.И., д.м.н., профессор, ЗДНТ Украины,
главный редактор «Medicus Amicus»
Харьковский национальный университет им. В.Н. Каразина

Утрачено ли искусство врачевания

Почти в самом конце прошлого века в США увидела свет книга терапевта с мировым именем, лауреата Нобелевской премии Бернарда Лауна (Bernard Lown) с очень, однако, пессимистичным названием «Утерянное искусство врачевания: естественность сострадания в медицине». «Соль» книги – призыв к возвращению врача в лоно прямого контакта со своим пациентом.
 
Лейтмотивом призыва стало обращение автора с первых же страниц книги к письму одного пациента, написанному своему доктору незадолго до смерти от рака предстательной железы: «Я не стану просить доктора уделить мне больше внимания. Я хочу лишь, чтобы он полностью посвятил себя мне хотя бы на 5 минут, стал близким мне человеком, поддержал не только мою плоть, но и душу, ведь люди по-разному переживают болезнь… Я хотел бы, чтобы врач сделал анализ меня самого, как он делает анализ моей крови или моих костей, прощупал меня, как прощупывает мою простату. Без этого внимания, даже самого незначительного, я — всего лишь моя болезнь».
Невзирая на пессимизм в названии, процитированная книга является оптимистичной и служит первоклассным учебником по культуре и даже философии врачевания. Написана она не на выдуманных фактах и ставит вопрос, утеряно ли искусство врачевания и есть ли боль автора «голосом вопиющего в пустыне»? Смею заметить, нет. Что и постараюсь подтвердить.
Переход в нынешнее тысячелетие ознаменовался пересмотром философии клинической медицины, и не только благодаря армии подвижников сродни Б. Лауну, но и в результате трезвого пересмотра накопленного в предшествовавшие, главным образом, 50 лет технократического опыта со всеми его положительными и отрицательными результатами. Значительный вклад внесен также новой отраслью клинической медицины — клиническими испытаниями. Благодаря последним мы, наконец, осознали, что построенная на безукоризненных статистических процедурах и не опирающаяся на индивидуальность пациента evidence based medicine в своей сущности оказывается ложной.
Если хотите, основной тезис философии клинической медицины настоящего тысячелетия может быть сформулирован как «назад в будущее». Фундаментальное правило врачебной практики на заре становления отечественной для (большинства) постсоветских стран медицины сформулировал Михаил Яковлевич Мудров еще в 1820 г., наставлявший книгой «Слово о способе учить и учиться медицине практической» своих учеников так: «Я намерен сообщить Вам новую истину, которой многие не поверят, и которую, может быть, не все из 
Вас постигнут… Врачевание не состоит в лечении болезни… Врачевание состоит в лечении самого больного». Но еще задолго до М.Я. Мудрова великий врач древности Гиппократ учил будущих врачей: “Лечи больного, а не болезнь”. Б. Лаун, многие другие великие клиницисты до и после него следовали и следуют этой заповеди.
В чем же суть философии клинической медицины теперь уже нашего тысячелетия? Основные категории ее – неделимость человека в плане социальном, психическом, физическом, гено- и фенотипическом; «жажда жизни», обеспеченная неисчерпаемыми психическими, функциональными и морфологическими резервами; болезнь как модельное и больной человек как реальное явление; единство — две стороны медали пато- и саногенетических механизмов болезни; болезнь как отобранный эволюцией механизм выздоровления и неблагоприятные исходы, включая осложнения или хронизацию, как результат нарушений в этом механизме (болезнь, все равно что беременность, которая, если физиологическая, то не только не недоношенная, но и не переношенная, и обязательно со зрелым здоровым плодом и цветущей матерью).
Новая философия ставит такую же новую задачу перед доктором. Эта задача уже не есть просто формальное или, если хотите, формулярное лечение, но именно такое, которое обеспечивает максимально возможную для данного пациента качественную долгую жизнь на условиях наиболее полного выздоровления или наиболее благоприятного течения хронического неизлечимого заболевания с минимальной платой ресурсами здоровья за болезнь.
Контроль, прогнозирование исхода и оценка достижения конечной цели лечения определяются целостным подходом к пациенту, в котором учитываются перечисленные категории в их неразрывном единстве. При этом прямой контакт врача с пациентом является доминирующим.
Качество жизни пациента с его социальной, психической, физиологической, морфологической, пато- и саногенетической «начинками» сегодня объективизируется использованием опросников по качеству жизни (общих или адаптированных к конкретным патологическим состояниям и их группам) и специальных шкал (личностных, психометрических, тяжести общего состояния, болевых, других).
Особенности течения и исходы заболевания у пациента в соответствии с наиболее благоприятным вариантом и отклонениям от него (когда «плата» за заболевание оценивается функциональными и структурными потерями) контролируются по значениям, скоростям и характеру изменений отражающих его показателей. Примерами таких показателей являются: активность и/или со
держание биологических активных маркеров; значения показателей специфических функций; размеры, форма и иные свойства регистрируемых методами визуализации патологических изменений в органах и тканях, др.
Изменения вовлеченных в патологический процесс органов и систем оцениваются через классы функциональной (дыхательной, сердечной, мозговой, почечной и т.д.) недостаточности и объективизируются системой инструментальных, лабораторных и иных методов. Система этих методов строится так, чтобы обеспечивалась максимально возможная объективизация состояния исследуемых органов и систем при минимальных вмешательствах в организм пациента и потерях при этих вмешательства.
Ориентиром вмешательств в здоровье пациента и его болезнь является достижение главной цели через систему второстепенных. Второстепенные цели вне главной цели «слепы» и чреваты серьезными последствиями для здоровья пациента. Главная цель без второстепенных целей «мертва», так как достигается только их разумным сочетанием.
Когда центром всех вмешательств является пациент, искусство врачевания не утрачено. Но именно так определена философия нашего тысячелетия – «врачевание состоит в лечении самого больного».
 
 
По материалам: Medicus Amicus

Поделиться:




Комментарии
Смотри также
30 июня 2008  |  00:06
Реклама медицинской клиники
Когда-то на Руси с рекламой справлялись ярмарочные глашатаи, а «сарафанное радио» до сих пор одно из самых распространенных средств коммуникации. Но, понятно, что все это не только вчерашний, но уже и позавчерашний день. А уж что касается рекламы медицинского учреждения, то тут как нигде нужно использовать только модернизированные подходы.
03 июля 2007  |  10:07
Оберегающие жизнь
Ежегодно медицинские ВУЗы страны выпускают огромное количество молодых специалистов различных профилей. Каждый врач, обретая ту или иную врачебную специальность, становится профессионалом в лечении различных заболеваний.
10 мая 2007  |  02:05
Дети «индиго»: кто они?
На планете продолжают рождаться необыкновенные дети! Во Франции их называют «тефлоновыми». На Британских островах - «детьми тысячелетия». В России они - «дети света». И еще их называют «индиго».
30 ноября 2006  |  02:11
Очищение организма. Новый способ очищения от внешних и внутренних токсинов.
Оригинальность фебрумтерапии также в том, что промывание кишечника происходит естественным путем. Пациент принимает внутрь особый раствор, который был разработан учеными-патофизиологами НИИ им. Склифосовского для искусственного питания пациентов в послеоперационном периоде, и по своим физико-химическим параметрам абсолютно соответствовал внутренней среде тонкого кишечника.
01 ноября 2006  |  17:11
Мужское здоровье (по материалам одноименной 3-ей Всероссийской конференции)
Ежегодно население Росси уменьшается на 700 000 человек и на 70% за счет мужского населения! Смертность мужчин в трудоспособном возрасте в России превышает смертность женщин в 4 раза